Спектакль «Бегъ»

Михаила Булгакова у нас на театре и любят, и боятся. Любят - за силу и красоту, за боль и мистику, за любовь и острую сатиру. Опасаются - за все то же самое. Чтобы ставить его пьесы, нужно много компонентов, для начала - первоклассные артисты и мудрый режиссер. В Театре Табакова с первым всегда был порядок, а второе нашлось, Елена Невежина, славная тем, что чувствует грамотно обрабатывает самый сложный материал, взялась за булга-ковский "Бег". Казалось бы, как се-годня можно поставить масштабную пьесу о белогвардейском движении? А Н Невежина сделала добротный, оформленный в ретро-стилистике (художники Владимир Мартиросов и Анастасия Глебова, художник по костюмам Светлана Калинина)и удивительно современный спектакль, с горькой задумчивостью повествующий о смертельно больной России, В которой неважно, на чьей ты стороне оказался - все равно погибнешь, если машина общественного равнодушия обовьет тебя своими щупальцами.

Равнодушие, тотальное, всеобщее — это главная беда, с которой пытаются справиться герои. И сломленный запутавшийся интеллигент Голубков (Виталий Егоров), и бойкий озорной фаталист генерал Чарнота (Александр Мохов), и его «походная жена» красотка Люська (Луиза Хуснутдинова), и сильная, страстная аристократка Серафима (Елена Панова), и, конечно, Роман Валерьянович Хлудов (Андрей Смоляков). Ремарка Булгакова о Хлудове: «Он болен чем-то, этот человек, весь болен, с ног до головы». Наверное, Смоляков, с его трагической взнерв-ленностью, ясным и мудрым взглядом, удивительной внутренней глубиной, сегодня — едва ли не единственный актер в Москве, способный сыграть этого бесконечно измученного, все потерявшего, одинокого и очень благородного человека, чьи единственные друзья — призраки убитых им людей. Хлудов Смолякова носит маску зверя, он не ценит ни свою, ни чужую жизнь — и безумно страдает от этого. Судьба втянула его (как, впрочем, и всех остальных) в жестокую игру и навязала страшную роль. Но тогда как другие герои, переломав душу вдоль и поперек, все-таки выбираются живыми и сохраняют желание жить и быть счастливыми, Хлудов отправляется к своим призракам. При всей трагичности истории спектакль Невежиной смотрится легко, словно песня, подобная той, что вырывается из подземелья монастыря в самом начале. Печальная и всепрощающая.